МОСКВА – БРЯНСК – ОВСТУГ – ЮДИНОВО
Автор этих строк завязывал кочергу в узел
Есть такой город Брянск. Никогда там не бывала, мои знакомые тоже не бывали, и знакомые знакомых тоже. Однако ассоциативный ряд имеется: Брянск, лес, партизаны… Посмотрим, чем его можно будет продолжить.
Вот и солнце появилось, в Калужской области. Грязь на дороге превратилась просто в прозрачную воду, снег стал все чаще белый. Направо Боровский Пафнутьев монастырь. Беленый, аскетичный, красивый.
На 78-й км внимание, за вами следят камеры, меряют скорость. 88-й км – кафе «Агдам». Предвкушение вина в разлив, но ничего такого нет, все обычно. Рядом продают полотенца и мягкие игрушки, кого интересует. Правильно сделала, что тормознула около них – ста метрами дальше стояли гаишники с пистолетом. Если бы не «Агдам», я бы попалась.
Кадушки для бани, 1200 р. за 15-литровую дубовую. Наш редактор давно просил кадушку, еще как на Угру ездила, все спрашивал, когда снова в те края. Зная его занудство, начинаю все подробно выспрашивать про изделие. Не протекает? Нет, конечно. Почему не протекает? Подгонка тонкая, для вина тоже делаем. Нет, в этом ведре вино хранить нельзя. Предмет нежный, хранить в прохладном непроветриваемом помещении, лучше в полиэтиленовом пакете на балконе. Пока ходил за новым, незабрызганным, пью кофе в соседнем кафе. Если желаете, борщ «Украинский» по 30 р.
110-й км, началось… Ямы, ухабы. Руль держим крепко-крепко, ведь еще и лужи под колесами. 118-й км – перехожу на вторую передачу, хорошо, не надолго. 123-й км – кафе «Сластена!». Именно так написано, с призывом в виде восклицательного знака. Ау, я здесь! Тормозить сейчас не хочу – по радио Сантана поет, так что еду дальше. 134-й км – поворот на Калугу, проезжаем мимо. От дороги подозрительно пахнет хлоркой. Палатка с тульскими пряниками. А ну их, в Москве такие уже давно дешевле и свежее. 159-й км перед калужским постом ДПС – большая торговля, ряды метров на сто. 3-х литровая банка сушеных белых – 300 р., маленькая банка земляничного варенья – 150 р. Налево – Калуга, направо – усадьба Полотняный завод, а нам на Брянск. 160-й км – мотель «Угра», стоят фуры. Чудно. Почему-то здесь яблоки продают, 80 р. ведро красно-желтых, называется приблизительно «айдоред» Слышали, говорит, последние новости? Да все время слышу по радио о взрыве на автозаводской… 172-й км – указатель направо на «Оптину Пустынь», до нее 60 км.
Шоссе узкое, встречные грузовики пару раз заставляли меня чуть не останавливаться: обгоняли кого-то с заездом на мою полосу. 259-й км – бензоколонка под названием «Родник», там все берут воду. Она обыкновенная, тут же семечки по 5 р. стакан. 280-й км – резко начался туман, снегопад, и через пару км так же резко закончился, выглянуло блеклое, но солнце. А скорость меряют постоянно, везде. Встречные очень старательно предупреждают о засаде. Не поняла. То ли фары бликанули на кочке, то ли мигнул. Не сбросила. Так он аварийкой коротко подтвердил. Спасибо.
333-1й км – началась Брянская область. Плакаты на дорогах – «Сбережем брянский лес». Захотелось продолжить по-дурацки – «для партизан».
356-й км – мемориальный комплекс «Партизанская поляна». Что-то я об этом слышала… А, московские байкеры сюда ездили. 6 км в лес направо. После развилки немного засомневалась, спрашиваю у мужиков начальственного вида, расположившихся фуршетом на капоте своей «Волги». А чем, говорят, мы не партизаны, оставайтесь здесь. Ну вот, кафе «Брянский лес», оставляем машину, идем кто куда. В кафе барбекю 120 г 48 р., на поляне – землянки и памятники. Тропинка ведет к музею. Дверь на крючке, надо стучаться – лес кругом.
930 сел Брянской области стерто войной с лица земли. На этом месте был первый бой партизан с немцами. В витрине памятка «Спутник партизана» как обращаться с оружием, заложить мину, оказать первую помощь, выжить в лесу, маскироваться, ориентироваться. Удостоверение личности на немецком и русском языках – только с таким аусвайсом и можно было ходить по оккупированной территории. Станок для печати газет на бересте. Скученность людей в землянках поначалу была такова, что из-за избытка углекислого газа не горели лампочки, чернело белье. На берегу речки – скипидарный заводик, танки, если надо, могли ходить и на скипидаре. Стена памяти метров 200, вся исписана фамилиями погибших. На подъезде к Брянску – памятник погибшим водителям. Все проезжающие сигналят, гудят.
С объездной дороги уходим на Смоленск, едем в Овстуг. Через 26 км – указатель: Овстуг направо в 2-х км. Вечер, а вся администрация на месте. Глава района лепит фигуры из снега, директор с экскурсоводами помогают рабочим убирать снег. Через два дня должен прибыть г-н Вершбоу, американский посол. Он подарит тютчевской библиотеке оргтехнику и книги на английском языке. Ну а меня в гостевой флигель.
«Как вам дорога в Овстуге», спросил Глава. А я в темноте не заметила. Хорошая, кажется, не то что М3.
Усадьбу Овстуг построили родители Федора Ивановича Тютчева. Сам поэт треть жизни провел за границей, на дипломатической службе, и привыкнуть с сельской жизни после этого уже не мог. Однако при переезде в Россию, считавшуюся после победы над Наполеоном варварской страной, старшей дочери Анне говорил: «В России ты встретишь гораздо больше любви». В музее – скульптуры и портреты четырех красивых женщин. О себе поэт написал: «Я удивляюсь, как человек с такой непоэтической внешностью мог внушать женщинам такую страсть. «Я встретил Вас, и все былое…» написано Амалии фон Лёрхенфельд. В нее были влюблены и Тютчев, и Пушкин, и Бенкендорф, и император Александр. Первая жена Федора Ивановича, графиня Элеонора Ботмер, почувствовав присутствие в жизни мужа другой женщины, нанесла себе в грудь несколько ударов кинжалом, ее спасли. Она умерла от сильного переохлаждения после кораблекрушения. Вторая жена баронесса Элеонора фон Дернберг полюбила деревню, ее называли «овстугской затворницей». Сам поэт недели через две пребывания в имении начинал скучать. «Еще в полях белеет снег, а воды уж весной шумят» это о красотах баварской природы. «Есть в осени первоначальной короткая, но дивная пора» это уже об Овстуге. Эрнестина настолько выучила русский язык, что после смерти мужа разобрала его архивы и смогла издать его стихи. Четвертая женщина – невенчанная жена, много моложе Тютчева, скончалась от чахотки. У поэта было девять детей, его потомки через дочерей носят другие фамилии.
В XIX веке недалеко от Овстуга стоял Вщиж. Это был самый крупный город на средней Десне. При раскопках нашли 50 скелетов, лежащих лицами на восток – так хоронили древние славяне. Среди них – скелет Великого князя Святослава Владимировича Вщижского. Служительница местной церкви знает много легенд об этих краях. Вот одна. Город стоял на карстовых породах, и однажды церковь в одночасье провалилась под землю, прямо во время службы. В какой-то особый день, приложив ухо к стене церкви, можно услышать хор усопших. Зимой туда проехать сложно.
Еду в Красный Рог. Возвращаюсь в сторону Брянска, по объездной дороге выруливаю на Гомель. С бензином проблем нет, и он по 11.60. На быструю езду не рассчитывайте. Мало того, что гаишники везде стоят, так еще и дорожное покрытие не позволяет разогнаться. Машина ДПС впереди едет. Обогнать? Нет? А, была не была… Через 48 км после съезда на гомельскую трассу увидите указатель: усадьба А. К. Толстого – 2 км направо. На территории – детский пансионат, но дом восстановлен, в нем музей.
Жили когда-то недалеко от Чернигова братья Розумы – Алексей и Кирилл, пасли овец в отцовском хозяйстве, пока начальник проходящего винного обоза полковник Вишневский – знаток хорового пения – не увидел в церковном хоре Алексея. Взял его с собой в Санкт-Петербург, в хоровую капеллу при дворе Анны Иоанновны. Сладкоголосый красавец стал графом Разумовским, тайно обвенчавшись с Елизаветой. Младший, Кирилл, отучившись два года за границей, к 18 годам стал Президентом Академии наук. Долго рассказывать, как Разумовские становились Перовскими и обратно. Короче, Красный Рог построил Кирилл Григорьевич Разумовский. На стене – портрет Василия Алексеевича Перовского, дяди Алексея Константиновича Толстого. Андрея Болконского Лев Толстой писал с него. Алексей Константинович был необычайно силен: гирю 32 кг перекидывал через флигель, мог пальцем вбить гвоздь в стену, в одиночку ходил с рогатиной на медведя. Завалил сорок косолапых, а кто говорит, что и сто. В 18 лет закончил Московский университет. Стол, за которым написан «Князь Серебряный», стоит в целости и сохранности. «Средь шумного бала, случайно…» Алексей Константинович сопровождал своего друга Великого князя Александра на бал-маскарад. Незнакомка в маске Софья Андреевна, по тогдашнему мужу Миллер, впоследствии стала женой писателя. Она знала 15 языков, ей первой Достоевский читал «Братьев Карамазовых». Это был счастливый брак. В последнее воскресенье августа здесь день поэзии.
Возвращаемся на гомельскую трассу и едем по ней 20 км дальше, на Почеп. Там у поста ДПС, поворачиваем налево, на Погар, на спидометре 575 км. На обочине стоят повозки, запряженные лошадями, с молоком в трехлитровых банках. Предприниматель скупает молоко на переработку по 15 р. за банку. 602-й км – поворот направо на Березовку. На том же указателе – Юдиново, 7 км – нам туда. В Березовке – Т-образный перекресток без указателей, нам налево и сразу направо. Лес кончается, последний километр придется ехать по раскисшему лугу. Дорога есть, но слабенькая, с глубокими снежными колеями. Набрала зачем-то побольше воздуха в легкие – и вперед, не сбрасывая газ, быстро, чтобы не сесть на брюхо. Выдохнула на большой земле, в Юдиново. Так что, «Hertz», не обессудьте пожалуйста за клочья сена на всех осях и полуосях и прочего прилипшего к днищу: до меня, очевидно, здесь ехали на лошади.
Дело в том, что в Юдиново найдены остатки поселений охотников на мамонтов времен верхнего палеолита, это 15000 лет назад. В краеведческом музее можете беседовать с директором о мамонтах сколько угодно. У меня чуть не целая тетрадь оказалась исписана.
Вокруг фундамента хижины построен павильон. Из чего строили охотники? Из чего же еще, если на леднике деревья не росли – из костей и черепов мамонтов, их-то как раз ужас сколько было в тех краях. Фундамент – из поставленных вертикально черепов, перекрытия – из связанных между собой ребер, крыша – из шкуры. Одежду шили, естественно, из шкур. Иголки делали из косточек, хранили в футляре из трубчатой кости песца. Тогда еще по брянской тундре бегали овцебыки, волки, олени. Если встречался волк с мамонтом, спрашиваю, кто кого? Скорее всего, мирно расходились, ведь мамонт – существо травоядное, а бивни у него для того, чтобы выкапывать траву из-под снега. А все четыре зуба стачивались и вырастали снова по пять раз. Существуют противоречивые мнения о том, как люди охотились на мамонтов, которые ростом были до 3,5 м и весом до 7 т. Из чего жгли костры? Из костей, тонко-тонко расщепленных, с остатками жира.
А охотник-кроманьонец ничего, вон портрет висит.